Содержание
Баладжи Шринивасан пишет чертёж выхода из-под государств
В 2022 году бывший технический директор Coinbase и партнёр фонда Andreessen Horowitz Баладжи Шринивасан выпустил книгу «The Network State: How to Start a New Country». Идея простая до примитивности: сначала — онлайн-сообщество с общей моралью, потом — криптовалюта и метрики роста, потом — скупка земельных участков по всему миру, и в финале — дипломатическое признание.
Государство, которое рождается не из революции или войны, а из чата и краудфандинга.
Шринивасан предлагает собственный компас: централизация против децентрализации, оптимизм против пессимизма. «Децентрализованный оптимист» верит, что можно выйти из-под юрисдикции с помощью технологий. «Централизованный пессимист» считает, что только государство способно сдержать катастрофу. Network State — это чистая ставка на выход, кэмбрийский взрыв конкурирующих юрисдикций вместо одной надоевшей системы. Книгу называют духовным продолжением «The Sovereign Individual» 1997 года — текста, который, по собственному признанию, сформировал мировоззрение Питера Тиля.
Здесь и начинается странность: теория выхода из-под государства пишется человеком, чья карьера целиком сделана внутри самой привилегированной части глобальной финансовой системы. Не диссидент, не беженец — венчурный партнёр, предлагающий остальному миру рецепт бегства от институтов, которые его самого щедро вознаградили.
Пэтри Фридман запускает плавучие платформы на деньги Тиля
Институт Сиистединга и первый донат в $1,25 млн
Идея не родилась в 2022-м. У неё есть дедушка — в буквальном смысле. Пэтри Фридман, внук нобелевского лауреата Милтона Фридмана, бывший инженер Google и профессиональный игрок в покер, в 2008 году вместе с Питером Тилем основал Институт Сиистединга (от английского seasteading — «морское поселение»). Цель — плавучие платформы в международных водах, вне юрисдикции любого государства. Тиль внёс первый донат в размере 1,25 миллиона долларов; по его собственным словам того времени, свобода в традиционном демократическом смысле его больше не устраивала.
Ephemerisle как репетиция общества будущего
Параллельно Фридман запустил Ephemerisle — ежегодный плавучий фестиваль, своего рода полигон для отработки самоорганизации будущих морских колонистов. Затея прижилась и существует по сей день — в отличие от самих платформ, которые так и не были построены ни разу за всю историю института.
Французская Полинезия срывает первый пилотный проект
В 2017 году институт подписал меморандум о взаимопонимании с правительством Французской Полинезии. Министр жилищного строительства Жан-Кристоф Буиссу лично приехал в Сан-Франциско подписывать бумаги. Планировалось построить три пилотные платформы 50 на 50 метров, стоимость — от 10 до 50 миллионов долларов, цена одного жилого модуля доходила до 15 миллионов. Президент института Джо Квирк обещал начать строительство в 2018 году. Не начали.
Местные жители восприняли проект не как экологическое спасение от подъёма океана, а как колонизацию — прозвище «Звезда смерти» прижилось быстро.
Людям, живущим на пороге безработицы и без соцзащиты, предложили соседство с налоговым убежищем ценой в особняк. В 2018 году власти отозвали одобрение. Тиль к тому моменту уже разочаровался в теме и вывел финансирование. Институт существует и сегодня, но ни одной плавучей платформы построено не было. Ни одной — и это стоит зафиксировать отдельно, потому что вся последующая риторика подаётся так, будто провал 2018 года был лишь досадной технической заминкой.
Фридман переносит эксперимент с воды на сушу
Провал Future Cities Development Corporation в Гондурасе
Ещё в 2011 году, не дожидаясь провала морской идеи, Фридман сложил с себя полномочия исполнительного директора института (оставшись председателем совета) и основал Future Cities Development Corporation. Повод — поправки в конституцию Гондураса, разрешившие создание особых зон развития. Компания собрала около миллиона долларов на выбор площадки и юридическое сопровождение. К 2012 году проект закрылся: местная политическая нестабильность и сопротивление на местах оказались сильнее любых презентаций для инвесторов.
Pronomos Capital собирает тот же круг спонсоров в 2019 году
Фридман не отступил, а перезапустился. В 2019 году он основал Pronomos Capital — венчурный фонд, который сам себя называет первым в мире фондом для финансирования хартерных городов. Список бэкеров узнаваем до зевоты: Питер Тиль, Марк Андриссен, Навал Равикант, Баладжи Шринивасан. Одни и те же фамилии кочуют из проекта в проект уже пятнадцать лет, просто меняя вывеску — от плавучих платформ к земельным концессиям.
Просперa на Роатане становится витриной сети
Флагманский проект Pronomos — Просперa на гондурасском острове Роатан. Основатель и глава Honduras Próspera Inc — венесуэльский предприниматель Эрик Бримен, до этого запустивший фонд «социально ответственных инвестиций» NeWay Capital. Юридическая рамка появилась в 2012-2013 годах: декрет 236-2012 изменил статьи 294, 303 и 329 конституции Гондураса, создав категорию территорий под названием ZEDE (испанская аббревиатура для «зоны занятости и экономического развития» — частной юрисдикции с собственными законами, судами и налогами). Honduras Próspera Inc стала первой действующей ZEDE в 2017 году.
Модель называется «управление как услуга»: законы здесь — товар, а не результат гражданского консенсуса, резиденты подписывают «Соглашение о сосуществовании» вместо общественного договора в привычном смысле. С апреля 2022 года на территории зоны биткоин признан законным платёжным средством, тогдашний президент Просперы Джоэл Бомгар лично анонсировал это на конференции Bitcoin 2022 в Майами. Проектировать жилые кварталы позвали бюро Zaha Hadid Architects совместно с инженерами AKT II — к делу подключились архитектурные звёзды мирового уровня, что само по себе говорит о масштабе привлечённого капитала.
Сеть расширяется — Нигерия, Роатан, всплывающие города
Pronomos Capital не остановился на одном острове. Второй проект фонда — Итана (бывший Talent City) под Лагосом в Нигерии, построенный при поддержке местного правительства; это редкий для сети случай, когда принимающее государство само выступает соучредителем, а не просто сдаёт территорию в аренду концепции.
Отдельная линия — краткосрочные «всплывающие города»: Зузалу, а затем Виталия, которую сама Просперa принимала на Роатане в 2024 году. Формат прост — несколько недель совместного проживания идеологически близких людей, своего рода демоверсия network state перед полноценным запуском постоянной юрисдикции.
Община Кроуфиш-Рок платит цену чужой утопии
Рядом с воротами и камерами видеонаблюдения Просперы стоит деревня Кроуфиш-Рок — несколько сотен человек афро-карибского происхождения, гарифуна, живущих на этой земле поколениями.
Житель деревни Уилфорд Уэбстер сформулировал свою позицию коротко: «Идите домой». Женщины общины рассказывали, что представители Просперы уговаривали продать землю почти даром — в одном случае обмен предлагался на лодочный мотор. Женщины Кроуфиш-Рок начали организовываться против приватизации воды.
Вот и весь разрыв между теорией и практикой в одном абзаце.
Гондурас расторгает договор, инвесторы подают иск на 10,7 миллиарда долларов
Единогласное голосование конгресса против ZEDE
В ноябре 2021 года Шиомара Кастро выиграла президентские выборы в Гондурасе с программой, включавшей отмену закона о ZEDE. В апреле 2022-го конгресс проголосовал 128 голосами против нуля за декреты 32-2022 и 33-2022, отменившие правовую базу зон немедленно.
Иск в ICSID и цена в полсотни лет упущенной выгоды
Honduras Próspera Inc не стала оспаривать решение в гондурасских судах. В декабре 2022 года компания вместе с двумя аффилированными структурами — St. John’s Bay Development Company и Próspera Arbitration Center — подала иск в ICSID (Международный центр по урегулированию инвестиционных споров при Всемирном банке) по соглашению CAFTA-DR (зона свободной торговли между США и странами Центральной Америки). Сумма претензии — 10,775 миллиарда долларов, рассчитанная как первоначальные инвестиции около 500 миллионов долларов, умноженные на пятьдесят лет обещанной юридической стабильности.
Вашингтон встаёт на сторону инвесторов
Сенаторы Билл Хагерти и Бен Кардин направили администрации Байдена письмо в защиту Просперы. Группа республиканских конгрессменов — Пол Гозар, Марио Диас-Баларт, Майкл Уолтц, Мария Эльвира Салазар — публично поддержала инвесторов, намекая заодно на китайское влияние в регионе. Посол США в Гондурасе Лора Догу неоднократно критиковала гондурасское правительство. В ответ 33 демократа в конгрессе призвали Вашингтон встать на сторону Гондураса, а 85 экономистов со всего мира подписали письмо в поддержку Кастро, назвав систему ICSID лишённой убедительных доказательств пользы для прямых иностранных инвестиций.
На Генеральной Ассамблее ООН Кастро сказала, что земля ZEDE «полита кровью коренных народов». В 2024 году Верховный суд Гондураса решением 3 против 2 признал закон о ZEDE неконституционным с обратной силой. В августе того же года страна вышла из Конвенции ICSID целиком, чтобы исключить будущие иски — хотя уже поданные дела это не остановило. В феврале 2025 года трибунал ICSID отклонил предварительное возражение Гондураса об исчерпании внутренних средств защиты, и дело №ARB/23/2 продолжает слушаться и в 2026 году: очередные процессуальные определения выходили в марте и мае этого года, о бифуркации процесса и о заявках amicus curiae (лица, не участвующие в споре напрямую, но заявляющие о своей заинтересованности). Итогового решения нет и не предвидится в обозримом будущем.
Тот же чертёж возвращается в США под вывеской Highland Rim
Пока идёт гондурасская тяжба, тот же круг инвесторов финансирует внутриамериканскую версию идеи — без крипты и без океана, но по той же логике аффилированного анклава. Компания New Founding LLC далласского инвестора Нейта Фишера вместе с застройщиком RidgeRunner USA Джоша Аббатоя развивает «Проект Хайленд-Рим» — кластер посёлков в горном регионе Верхнего Камберленда на границе Теннесси и Кентукки, в полутора часах от Нэшвилла. Одна из первых площадок, Лонгхоллоу-Эйкрс под Беркесвиллом в Кентукки, — это ферма площадью 550 акров в полумиле от реки.
Фишер написал манифест под названием «стратегия нового основания», у New Founding обнаружились связи с консервативным аналитическим центром Claremont Institute. Среди инвесторов венчурного фонда New Founding — Марк Андриссен, вложивший, по данным трёх источников с прямым знанием сделки, «шестизначную сумму» в статусе ограниченного партнёра (LP, limited partner — инвестор без права управления фондом). На подкасте компании выступали партнёр a16z Кэтрин Бойл, курирующая фонд American Dynamism, партнёр Founders Fund и председатель совета директоров Anduril Трей Стивенс, а также основатель охранной компании Blackwater Эрик Принс. В апреле 2023 года один из руководителей New Founding опубликовал фото с тогдашним сенатором Джей Ди Вэнсом, назвав его «нашим парнем» — к 2026 году Вэнс стал вице-президентом США.
Цель проекта, по собственной формулировке компании — «развить класс людей, способных в конечном счёте бросить вызов действующему режиму, и получить контроль над ресурсами, территорией и институтами». Разница с Просперой лишь в декорациях: там — тропический остров и биткоин, здесь — аппалачские холмы и протестантский консерватизм. Механизм идентичен — скупка земли, аффилированное сообщество, стремление нарастить локальное политическое влияние до уровня, когда с ним придётся считаться официальным властям округа и штата.
Один и тот же список фамилий, разные широты
Если выписать имена, участвующие во всех трёх сюжетах — океанском, гондурасском и теннессийском, — список почти не меняется: Тиль, Андриссен, Шринивасан, Фридман, отчасти Равикант. Меняются только юрисдикции и легенды прикрытия: свобода мореплавания, экономическое развитие бедной страны, возрождение американской провинции.
Колониальная схема XIX века работала похоже — частная компания, местный услужливый закон, а когда закон менялся — дипломатическое давление метрополии. Разве что вместо канонерок теперь работают письма сенаторов и трибуналы Всемирного банка.
Остаётся вопрос, на который ни один из участников этой истории пока не ответил внятно: что происходит, когда очередная принимающая юрисдикция всё-таки говорит «нет» — как сказали Французская Полинезия и Гондурас?
Идея тихо умирает вместе с провалившимся проектом, или просто ждёт следующей более сговорчивой территории?
